С Борькой Блинковым мы все знакомы уже лет сто, не один пуд соли сожрали. Удивительно талантливый, веселый и цельный человек. Когда-то давно он был нашим звукорежиссером, причем высококлассным. У него, если покопаться, можно найти наши раритетные записи времен Очакова и покорения Крыма.
Как настоящий звукач, Борька ничего и никогда не стирает, а старательно архивирует. Именно эта привычка и сделала нашего Борьку мега звездой. Причем как человек скромный, Боря скрыл от нас этот факт, но мы решили, что страна должна знать своих героев.
Краткая предыстория:
Боря работает в Патриаршем Центре Духовного Развития Детей и Молодежи при Московском Даниловом монастыре (http://www.cdrm.ru/) руководителем студии цифровой аудио-видео записи «Синергия».
В Даниловом монастыре ежегодно проходят курсы для молодежи по основам православного мировоззрения. Эти курсы проводятся и сейчас. Лекции по этой тематике читает игумен Петр (Мещеринов) — настоятель подворья Данилова монастыря в Подмосковье.
В 2003-2004 г.г. Боря записывал эти курсы в аудио формате для того, чтобы слушатели этих курсов могли иметь их у себя, а также для дальнейшего распространения, в том числе через Интернет.
Дальше Борькина прямая речь:
"В ходе лекций, порой затрагивались наболевшие проблемы, и обсуждались «острые» вопросы, что вполне естественно для молодежной аудитории. Кое-что из этих «острых» тем мы решили не включать в финальную аудиоверсию этих лекций, так как это могло вызвать резонанс, чрезмерно буйную реакцию и нездоровый накал страстей, чего в православной среде сейчас и так хватает.
Ироничные фразы игумена Петра из этих вырезанных фрагментов и стали основой для музыкального «прикола», который появился на свет 29 апреля 2004 года (окончательный микс) и был создан исключительно для игумена Петра, шутки ради и веселья для, на Пасху, на Светлой седмице 2004 года.
И конечно же, ни у кого даже и в мыслях не было, и никто не предполагал, что эта «хрень» разойдется по всему миру в таких масштабах."
Что сделал Боря? Он выбрал смешные фразы игумена Петра и наложил их на музыку, которую скомпоновал из пяти или шести кусков танцевальных композиций разных иностранный коллективов. Нарезал получившееся произведение на диск и в шутку презентовал игумену Петру. И сделал пару копий диска по просьбе друзей.
Самое интересное, что Борька не выкладывал нигде официально этого в Интернете. Каким то непостижимым образом сие творение распространилось по всему миру. Авторство этого микса присваивали разным диджеям, под него отплясывали на дискотеках, скачивали в Интернете. Борька рассказывал, что он лично слышал, как у какого-то большого иерарха РПЦ (по-моему, Архимандрита) этот прикол был закачан в качестве мелодии для звонка мобильного телефона.
Если набрать в любом поисковике: «молиться, поститься и слушать радио Радонеж», выпадает миллион ссылок. В каких-то ссылках утверждается, что автор — Александр Пушной, в каких-то, что автор неизвестен.
Так вот, официально заявляю, что автор — Боря Блинков.
По популярности мы его уже не догоним, Боря нас уел. И это факт.
Борька обещает, что выпустит второй сингл. Будем ждать.
Вот Борькин хит. Публикую с его разрешения:
</div>
Скачать финальную версию лекций игумена Петра можно здесь (рекомендую, тем, кто интересуется, что же такое православие — нет ничего лучшего):
Москва, как известно, большая деревня. Иногда с близкими людьми не хватает времени встретиться, с друзьями не видишься месяцами. А бывает так, что в толпе видишь лицо и понимаешь, что вы знакомы, но не можешь вспомнить, где и при каких обстоятельствах встречались.
Приходим на репетицию пару недель назад. Как обычно на базе сутолока. Семь репетиционных комнат, человек пятьдесят народа. Одни группы только закончили репетицию и собираются, другие только пришли и разворачиваются. Как называет этот промежуток времени владелец базы — «10 минут ада». Смотрю — знакомое лицо, лихорадочно начинаю вспоминать кто это. Вспомнил! Это же Заяц!
В лохматом году с нами делила базу группа, в которой Заяц играл на гитаре. Весь их коллектив состоял из поклонников группы AC/DC. Заяц был адепт. Композиции соответственно у них были в стиле их кумиров. Откуда у Зайца появилась такая кличка — история умалчивает. Может фамилия у него была Зайцев? Но я думаю все-таки, что из-за внешнего сходства с чудесным животным. При этом он был высоченного роста, в очках и со светлыми волосами, торчавшими в разные стороны. Внешний вид, честно говоря, не сильно соответствовал исполняемому репертуару.
Но стоило начать Зайцу играть на гитаре, как он впадал в транс и полностью отдавался творчеству, размахивая головой и подергивая ногой а-ля Аргус Янг. На концертах он перевоплощался полностью, включая знаменитые шорты и школьный пиджачок гитариста AC/DC. Для сцены Заяц старательно заучил все характерные движения иностранных артистов.
Помню, купил Заяц какую- то примочку для гитары, дорогущую, заморскую. В шикарном корпусе. Крепилась она прямо на гитарный ремень на спине. Мы долго её осматривали, цокали языком, а счастливый Заяц давал комментарии и демонстрировал её возможности. Через пару дней после этого у их группы был концерт. Нас пригласили в качестве зрителей.
Конечно же, Заяц притащил на концерт свою обновку, долго крутил ручки и вот настал час триумфа. По его мысли, все должны были выпасть в осадок от звука его гитары. Начался концерт, Заяц начал входить в транс. Он тряс головой, сучил ножкой, скакал вдоль сцены. В общем, все как положено. И тут случилось его соло. Помню, что Заяц как-то по особенному затрясся, изображая экстаз, и как куль рухнул на спину, при этом играя на гитаре. Кто смотрел выступления AC/DC, видел этот трюк у Янга. Но у Янга не было такой замечательной примочки, прикрепленной сзади на гитарном ремне. Раздался хруст, усиленный динамиками, потом жуткий фон и зайцевская гитара замолчала. Сам он, еще не оценив обстановки, самозабвенно крутился, лежа спине, и доигрывал неслышное соло, но всем уже стало понятно, что концерт окончен. Барабанщик и басист бросили играть. Возникла неловкая пауза, во время которой Заяц кое-как поднялся. На него страшно было смотреть. Вмиг почерневшее лицо, руки, висящие как плети. Трясущимися пальцами он собирал остатки примочки по сцене, поправляя очки, а басист с барабанщиком зло собирали свои причиндалы. Мы, как коллеги, пытались после концерта Зайца утешить, юморили, но все было тщетно. Переживал он еще долго.
Оказалось, что Заяц до сих пор регулярно репетирует с каким-то коллективом на той же базе, что и мы, и не теряет надежду на успех. Подарил нам свой диск с демозаписями.
Все знают мега хиты группы Led Zeppelin: «Kashmir», «Since I’ve been loving you» etc. Но меня поразила другая песня — «I’m gonna crawl».
Когда я её в первый раз услышал, я просто обалдел! Казалось бы, простейшая гармония, записанная видимо с первого, максимум со второго дубля. Меня потрясло разнообразие интонаций, особенно это слышно в барабанах Джона Бонема в конце, и общее ощущение от песни. Честно говоря, я даже не могу подобрать этой нетленке правильное определение. Светлая грусть, как любили определять музыкальные критики времен совка. Мы всегда определяли художественную ценность композиции по другим признакам: бегут по спине мурашки или не бегут. Так вот в случае с «I’m gonna crawl» бегут.
Как-то мы обсуждали с Петькой, что эта композиция идеально подходит для клипа посвященного памяти Джона Бонема.
Когда настроение дрянь, отпускает немного после внимательного прослушивания.
Может и вам поможет. На название не смотрим, конечно же это великие Led Zeppelin.
А почему бы нам не снять маленький документальный интернет сериал про нашу группу?
Много чего происходит и веселого и грустного в нашем маленьком коллективе.
Писать про это вроде как не с руки, а вот снять ма-а-аленькую серию — пуркуа бы не па?
Тем более, что в нашем составе дипломированный сценарист и дипломированный режиссер. Экономим на гонорарах. Оператор и монтажер тоже есть, правда без диплома. Но мы и не претендуем…
Празднование нового года весьма ответственное мероприятие. Начинается оно задолго до 31 декабря и заканчивается в середине января. Корпоративы празднуются особенно широко, со всего размаху.
А что же делать, если репетиция выпадает на 29 декабря?
Ответ однозначен — репетировать!
А если половина коллектива не доехала до базы, потому как сильно устала на корпоративе?
Им же хуже, не познают радость творчества, более того — подвергнутся объективной критике со стороны коллектива
Новогодний акын:
Раз акын: http://www.youtube.com/watch?v=JZqygiI4f74&feature
Два акын: http://www.youtube.com/watch?v=YROrra9ko68&feature
Так рождаются песни-чудесни))
P.S. Ламповый усилок: даже на чистом звуке — мясо!
Вот за что я уважаю питерскую музыкальную тусовку, да и вообще любую другую не московскую, так это за то, что они друг другу помогают в меру сил и возможностей. Московские же во все времена были разрознены и в лучшем случае равнодушны друг к другу.
По-моему Дрон притащил этих спонсоров. Был какой-то мужик, имени которого не помню, и женщина по имени Марина (вроде бы). Чем они занимались — загадка, но согласились заплатить за нашу запись в Петро-студии. В 1991 года запись в этой студии стоила нереальных денег. Записывались там все, на тот момент известные исполнители.
Мы лихо записали все партии, и начался процесс сведения. Аккурат в этот самый момент в студии появился Кутиков.
К группе «Машина времени» я отношусь никак. Уважаю за вклад и все такое, но музыкальное творчество лично меня не вдохновляло. С удовольствием читал литературные труды Макаревича, но с песнями не сложилось. Дело вкуса конечно. To whom how, как говорят выпускники инъяза. Хотя некоторым из нас нравится)) :
Кутиков записывал на студии свой сольник. Помню, была у него на этом сольнике песня про коня. Или коней. На неё потом сняли клип и крутили его по каналу 2×2. Послушав мельком наш записанный материал, мэтр российской эстрады сказал, что все это редкостное говно и посоветовал нам устроиться на завод. Захотелось немедленно нахамить. Сдержались. Все-таки мэтр.
К слову, месье Кутиков, не один десяток лет поющий про поворот, оказался прав. Запись на тот момент оказалась никому не нужной. В дальнейшем тем более. Но это обстоятельство не может омрачить моей радости при прослушивании чудом уцелевших десятых копий. Мастер копия бесследно пропала, даже если найдется — вряд ли от неё что-то осталось. Скорее всего, пленка уже осыпалась. На цифру тогда не писали.
Собственная репетиционная база для музыкального коллектива — предел мечтаний. Дело это хлопотное и дорогостоящее по нынешним временам. Собственную базу имеют единицы. У нас была своя собственная.
Собственно база появилась раньше, чем я появился в коллективе, т.е. примерно в 1990 году. Дом сталинской постройки в районе метро Щукинская. Подвал. Вход отдельный. По прикидкам общая площадь подвала была примерно метров 300. При этом, было три помещения: в одном собственно репетиционная база, во втором — комната отдыха, а третье, самое большое, использовалось нерегулярно (как именно — расскажу ниже). В помещении, где происходило таинство сочинительства, все было обито псевдошумопоглощающим материалом (одеяла, маты и т.п.), стояла аппаратура. Про аппаратуру — отдельная песня. В соседней комнате отдыха были нехитрые бытовые мелочи, вроде электрической плитки, стульев, стола и пр. Там мы отдыхали после трудов творческих, как и положено настоящим звездунам.
К слову, содержали мы помещения в относительной чистоте, помню, было даже дежурство. Над нами была то ли прачечная, то еще что, но не квартира точно. Посему жалоб от жильцов не поступало. На моей памяти и проверять то никто не приходил. Самое забавное, что подобная база сжирает немерянно электричества, но кто за него платил и платил ли вообще для меня лично — загадка.
Репетировали мы ежедневно, ходили как на работу к 9−10 утра и уходили вечером. Или не уходили, в зависимости от развития событий. Я думаю, что и по сей день, мы остаемся чемпионами по репетициям, т.к. ни один музыкант в мире в здравом уме не будет так самозабвенно играть одно и тоже неделями без выходных. Мы достигли высот в воспроизведении нашей тогдашней программы. Могли играть все слева направо и задом наперед.
В какой то момент, великий перфекционист нашей группы Соловей решил, что играем то мы неплохо, но у нас хреново обстоят дела со сценическим движением. Вот тут то и пригодилось третье помещение. Было оно жутко пыльным, с кусками битого кирпича. Сообща его расчистили и начали. Соловей сидел королем бара с магнитофоном и включал нашу фонограмму. По его мысли, мы должны были под фонограмму совершать элегантные сценические движения, которые надо было довести до автоматизма. Сам же Соловей оценивал, насколько движения были элегантны. После первой же попытки, мы подняли такое жуткое количество пыли, что вынуждены были завязать на лице платки, в которых и отплясывали. Пытались поливать пол водой, но лучше не становилось. Пыль превращалась в грязь. Соловей кричал «не верю» и врубал, сволочь, фанеру. Мы все с ног до головы были в кирпичной пыли и грязи. Так продолжалось несколько дней. Потом чистые вещи закончились. Причем все. И мы завязали.
Периодически, к нам приезжали репетировать разные группы, помню каких то панков, у которых был басист по кличке кажется «Димедрол». Кличку, кстати, полностью оправдывал. Репетировала группа «Восхождение вниз» с нашими корешами еще со школы Женькой Просадом, Андрюхой Ильиным, Лехой Генкиным, и Игорем Тимошиным. Где-то даже сохранились две песни, которые они записали у нас на базе. После разных метаморфоз с составом и названием (потом был Team Ocean) нынче это известный коллектив под названием «Небо здесь» с Тимошиным во главе.
В отсутствии концертов, репетировать надоело, и мы стали придумывать себе развлечения. Сначала мы обучились преферансу и резались целыми днями. Устраивали даже внутренний чемпионат. Постепенно дошли до пряток. Во время одного из сетов, я, убегая от Борьки с завязанными глазами, решил перепрыгнуть его и проломил себе башку об балку перекрытия. Прямо с базы увезли в больницу с сотрясением мозга. Причем забыли предупредить мою мать. Спасибо Дюше Самошину, который выяснил, что со мной и где я нахожусь. Мобильных то не было.
А потом у нас подвал отобрали. Произошло все как-то неожиданно, без объявления войны. Просто предложили быстро все вывезти. Барахла накопилось много, потому встал вопрос: куда все везти. Хорошо у Дрона на старой квартире была чудесная комната, которую признали нежилой. Туда и свезли все ценное.
После, у нас было много баз, платных, бесплатных, но эта для меня остается самой любимой. Даже интересно, что же теперь в этом подвале?
)))))))))))))) Ну, ты сука... выставил меня по полной... А я, между прочим, очень переживал за вас и даже пару раз учавствовал во всех этих плясках. Если помнишь,в этом зале за вашими спинами было маленькое помещеньице с аркой, куда содился я и участвовал во всем этом спектакле)))))))))))))
да ладно тебе, Серег, написал очень даже живописно)))я представила всех в ритуальных танцах с платками на лицах)))) ребят,а расскажите, как вы вообще нашли друг друга)) это надо же, сколько лет вместе и все еще на одной волне! сколько команд неплохих распалось из-за дележки *не важно чего, был бы повод*, из-за отсутсвия времени, да и желания шевелить булками... а вы такие живчики оказались!
Наш непререкаемый литературный авторитет сказал как-то, что все счастливые семьи счастливы одинаково, а каждая несчастная семья несчастна по-своему. Как прав все-таки Лев Николаевич!
В истории современной популярной музыки было неимоверное количество групп, певцов, инструменталистов. Ничтожный процент становился популярным. Немало было коллективов, которые выпустили один единственный хит и после прекратили свое существование. Про известные и легендарные группы читать то уже не особо интересно, сюжет везде один и тот же: собрались, сыграли, известный продюсер их увидел и немедля заключил контракт. Меня же всегда занимали истории неофициальные. Что, например, делал Пит Бест и вообще как он жил после того, как его выгнали из Биттлз. Почему выперли Брайна Джонса из Роллинг Стоунз, на мой взгляд, безусловного лидера? Вряд ли уж за наркотики и пьянку. Или что случилось с бесчисленными коллективами времен хиппи. Вот это интрига, вот где сюжеты!
В нашем коллективе, кстати, широко известным в узких кругах, за 17 лет существования много чего происходило. По мере возможности, буду выкладывать самое интересное. А рассказать то есть чего.
Я слышал, из какой-то популярной группы выгнали пианиста, потому что в составе было пять человек, а менеджер решил, что фанатам проще будет считать до 4-х...
Гастроли для любого коллектива — мероприятие архиважное и волнительное шопестдец. Реальный шанс — как минимум сменить обстановку и почувствовать себя мега звездами, как максимум заработать бабла.
История нашей гастроли — очень поучительная для молодых коллективов и бесценная для нас. А год это был по моему 1993 или 1994. Так, для справки.
То, что мы отправили кассету с нашей нетленной записью в адрес оргкомитета рок-фестиваля в Прибалтике — это факт. Как уж этот самый фестиваль назывался теперь не вспомнить. Кассета уехала, а вот доехала ли — большой вопрос по сей день. Обо всем по порядку, но конспективно.
С утра всех обзвонил Соловей. Был взволнован и сбивчив в рассказе. Отбросив междометия и матерные акценты, выходило, что кассета дошла до оргкомитета рок-фестиваля, более того, очаровала жюри. По словам Соловья, нас срочно ждали в Вильнюсе. Билеты предлагалось купить за свой счет, но деньги за билеты будут компенсированы на месте. Разумеется, проживание, питание и культурная программа — за счет принимающей стороны. Представлялись белокурые прибалтийские поклонницы, встречающие нас на перроне с цветами и транспарантами. Принимающая сторона ждала нас по адресу: город Вильнюс, улица Январика, дом 7, Рок-клуб.
В тот же день, часам к 12, все собрались около метро Щукинская, именно там располагалась наша репетиционная база, с вещами и инструментами. Решено было ехать практически налегке: инструменты, деньги, смена белья, сухпаек. Денег было немного, но на бухле решили не экономить. В дорогу взяли семь бутылок водки (из расчета одна в день). Кто-то из знакомых посоветовал нам взять с собой сигареты на продажу. По какой то причине, в Прибалтике сигареты стоили прилично дороже, чем у нас, т.е. был вариант еще и сделать маленький бизнес. Взяли по паре блоков в запас.
На Рижском вокзале билеты взяли без всякой очереди, но решили сэкономить — плацкарт. В один конец. Поезд уходил тем же днем и должен был прибыть в Вильнюс часов в 5 утра. Загружались в поезд долго и обстоятельно. Ехали отчаянно. Все семь бутылок водки, купленных на неделю, выпили сразу, вместе с соседями по плацкарту, под нехитрую закусь. Естественно не спали. Еще пару раз ходили в вагон-ресторан за догоном. Что самое удивительное, никому не сделалось плохо. Вот что значит пить на адреналине и в радость. В Вильнюс прибыли в 5 утра. Поезд был проходящий, стоял 5 минут, посему нам пришлось эвакуироваться экстренно, что, учитывая наше состояние, было затруднительно. Так, с грохотом и матюгами, мы выкатились на перрон вильнюсского вокзала в 5 утра. Было темно, скользко и промозгло.
На привокзальной площади зазывали клиентов таксисты-частники. С трудом загрузились в машину к одному из них, не влезали барабаны. Назвали адрес: улица Январика, 7. Таксист задумался. Переспросил адрес. После долгой паузы, таксист сообщил, что улицы с таким названием не знает, но его брат работает в полиции и сейчас мы сгоняем в отделение, где есть карта города и все прояснится. Подъехали к отделению полиции, таксиста не было минут двадцать. Когда он вышел, мы узнали, что улицы с таким названием в Вильнюсе нет. И не было никогда. Более того, название «Январика» - не литовское, а скорее латвийское. Все посмотрели на Соловья.
Ехали обратно на вокзал в полном молчании. Как только разместились в зале ожидания со всем барахлом, всех прорвало. Крыли Соловья, который сидел мрачнее тучи, таксиста, Вильнюс, организаторов рок-фестиваля и почему-то Сабониса. Или Марчюлениса, уже не помню. Неожиданно, Соловей просветлел. Точно! Вспомнил! Не Вильнюс, а Рига! Мнения разделились. Решили голосовать. Петька и Дрон были за то, чтобы возвращаться в Москву, Соловей и я за то, чтобы ехать в Ригу. Посчитали бабло. Выходило, что до Риги и обратно доедем. Аргумент «когда еще поедем в Прибалтику» убедил оппонентов, и мы встали в очередь за билетами в Ригу. Хотелось есть и спать. Поели сосисок в вокзальном буфете.
Поезд на Ригу тоже был проходящим, грузились в полном молчании. Загрузившись, все забылись тревожным сном. Насколько помню, в Ригу поезд прибывал днем, около 13.00. Вышли на перрон. Похмелье, весна, солнце. На привокзальной площади те же частники. Называем адрес: Январика, 7. Есть! Есть такая улица! Таксист объявляет сумму, мы слегка напрягаемся, торгуемся. После радостно загружаемся, едем, шутим с таксистом, рассказываем ему про наши злоключения. Едем довольно долго, наконец, останавливаемся. Выходим, осматриваемся. Пейзаж — местное Бирюлево, рижский спальный район. Дом 7, улица 17 января. Жилой дом, панельный, 4 подъезда, двор с детской площадкой. Недобро спрашиваем таксиста про рок-клуб и «Январика, 7». Тот делает круглые глаза, говорит, мол, другой улицы с таким названием нет в Риге. Просит денег. Мы интеллигентно настаиваем, чтобы он отвез нас назад на вокзал. Таксист выкатывает двойной тариф, но, заглянув нам в глаза, соглашается вернуть нас на исходную за те же деньги.
И снова вокзал. На сей раз, выгружаемся на привокзальной площади и раскладываемся на скамейках. Солнце, весна, талый снег, голуби и мы, совершенно одичавшие и немытые. Купили местной водки, которая оказалась теплой, выпили по глотку под батон хлеба. Короткое совещание. Постановили искать не «Январика, 7», а рок-клуб. Петька с Дроном остались караулить вещи, мы с Соловьем, в состоянии отчаянного оптимизма, пошли в город.
Сначала, останавливали всех встречных молодых людей вопросом про адрес местного рок-клуба, все морщили лоб и отрицательно мотали головой. Часть рижан пугалась нашего вида и, не останавливаясь, пробегала мимо. Плавно перешли на возрастную категорию. Какой то встречный мужик неожиданно вселил в нас надежду. Показал трамвайную остановку, рассказал примерный адрес. Надо было проехать 5 остановок, выйти около какого то завода, зайти на проходную и там спросить на вахте. Вроде бы, на территории завода и был рок-клуб. Сели, поехали. На пятой остановке вышли, нашли проходную завода. Ни на что не надеясь, спросили вахтера про рок-клуб. И вдруг тот говорит — есть! Только пропуск надо выписать, мол, паспорта давайте. Не веря своему счастью и предвкушая триумфальное возвращение на привокзальную площадь к нашим потухшим товарищам, мы достали паспорта.
Вахтер выписал пропуск и показал на трехэтажное здание в двухстах метрах от проходной. Третий этаж, железная дверь. Поднимаемся, стучим. Открывает волосатый парень рокенрольного вида, спрашивает к кому мы пришли. Мы на радостях вламываемся, начинаем, перебивая друг друга, рассказывать про то, что мы приехали к ним на фестиваль и как мы рады вообще, что нашли их. Выслушав нас и смущенно покашляв, волосатый на плохом русском объяснил, что в этом помещении находится репетиционная база их группы. Что никакого рок-клуба нет, а фестиваля тем более. Назад ехали молча.
Вернувшись к вокзалу, застали трогательную картину: двое наших друзей сидели с початой бутылкой водки, периодически отхлебывая из неё, окруженные огромным количеством голубей, которых кормили остатками хлеба. Собравшись с силами, пересчитали наличность. Результат сильно огорчил.
В кассах сказали, что билетов на Москву нет. Совсем. Зато тут же подвалили спекулянты. После короткого торга выходило, что денег хватает на три билета. Вспомнили про сигареты, взятые из Москвы на продажу. Пошли продавать по вокзальным палаткам. Сигареты стоили столько же, сколько и в Москве. Поначалу, брать отказывались, потом дело пошло. Продали все. Вполовину дешевле, чем покупали. Пересчитали деньги, все равно не хватает на билеты по спекулятивным ценам.
Вернулись в кассу, нашли спекулянта, с которым торговались. Начали издалека и дружелюбно, рассказали про приключения, про творчество. Закончили угрозами пополам с взыванием к совести. Помогло. Три билета продали по спекулятивной цене, один практически по официальной. Три места в одном купе, четвертое в соседнем. Поезд вечерний. И опять почему-то проходящий.
На остатки денег решили сходить хоть что-то поесть. Нашли столовую самообслуживания. Долго мялись около меню с ценами. Взяли четыре супа и два овощных салата. По дороге к кассе прихватили четыре куска хлеба. Хлеб оказался почему-то дороже тарелки супа. Под обед допили водку, не обращая внимания на осуждающие взгляды персонала. Но никто с замечанием не подошел, все-таки воспитанная нация. Теперь уже Европа.
После еды приободрились. Настроение поднимали и четыре билета на вечерний московский поезд. Выскребли все до копейки и купили еще водки. Поняли, что на белье и чай уже не хватит. Как дождались вечера — не помню. Помню, что абсолютно обессилившие, мы грузились в вагон.
В купе с нами оказалась женщина лет 35, которая уже спала, когда мы ввалились. Разбудив её, стали предлагать ей наше место в соседнем купе. Аргументировали, что ей там будет значительно комфортнее. Предлагали помощь в переноске вещей. Она ни в какую. Отвернулась к стенке и попросила оставить её в покое.
Это стало последней каплей. Оставить её в покое! Совершенно озверев, мы врубили свет в купе, достали водку и карты и стали нарочито громко играть в подкидного, матерясь и периодически прикладываясь к бутылке. Играли до тех пор, пока сами от себя не устали. После плюнули и легли спать. Вернее отключились.
Утром очнувшись, обнаружили даму, сидящую в углу купе с книжкой. Стало стыдно за вчерашние выкрутасы. Но дама оказалась незлопамятной, через полчаса мы довольно мило беседовали на отвлеченные темы. Так, за разговором, незаметно прибыли на Рижский вокзал.
В Москве было серо и уныло. Поймали микроавтобус, все загрузили и поехали к Дрону. Решено было не признаваться никому из родных и друзей в провале гастролей, а поскольку нас ждали через неделю, то мы еще три дня остервенело пили у Дрона. У него же и отмылись. По домам разъезжались с радостью. Про творчество не вспоминали.
После, пытались выявить шутника, который разыграл (или нет?) Соловья с приглашением на рок-фестиваль, и набить ему морду, но так и не вычислили. Оно и к лучшему. Есть надежда, что где-то на «Январика, 7» благодарные поклонники ждали группу «Затмение» и сильно переживали, что не могут увидеть своих кумиров. И с того дня в Прибалтике ходит легенда о безумно талантливой московской группе, альбом которой разошелся среди местного андеграунда немыслимым для рок группы тиражом.
Ну ясен пень:) из Риги на Рижский)) без копейки денег, и на последние шиши дозвонились Зайцу в Останкино и она нас забирала на пойманом рафике дряхлом на Речной:) На нашу съёмную квартиру, где мы и хавались два дня, пили водку и закусывали хлебом с майонезом, потому что на большее не было денег:)
Ну добавить по сути нечего... всё ржачно и всё правда...
Единственно я бы добавил, что по выходу с поезда в Вильнюсе, на пероне я е...ся раз восемь-десять, вместе со своими барабанами и скользкими сапогами. При чём каждый раз с меня слетала шляпа и это тоже бесило...
А ещё, Макарон, я что-то не помню чтобы я был «мрачнее тучи», ни там, ни вообще в принципе... а так подписываюсь под всем сказанным!!!
P.S. И ещё раз хочу сказать, что телефонный звонок был!!!
За адрес теперь уже не ручаюсь, улики (запись на бумажке) за давностью лет исчезли, а вот звонок был, точно был!!!
про восемь-десять раз я не скажу, но три раза точно Соловей е-нулся с громким смачным «твою мать!», а поскоку он шёл последним, метрах в 15 от нас сзади, мы ржали пополной, догнать он нас не мог всё равно:) Так и звучало по ночному вильнюсскому перрону «...б твою мать!» — «ха-хаха-ха!», «...б твою мать!» — «ха-хаха-ха!», «...б твою мать!» — «ха-хаха-ха!»...))))
Решили на досуге вспомнить всех наших друзей, кто когда то принимал активное или не очень участие в коллективе.
Сашка Логинов — виделись полгода назад после огромного перерыва, мельком...
Леша Косарев — барабанщик, хорошо что завязал, иначе оперная сцена потеряла бы тенора, пел в Геликон Опере, сейчас в Германии
Олег Герасимов — клавишные, сейчас актер, режиссер
Влад Корнеев — барабанщик, матерый человечище, фотограф и вообще творческий человек, живет в Германии
Леша Ушаков — клавишные, сейчас снимает документальное кино
Пашка Котелков — перкуссия, в настоящий момент с нами делает программу в свободное от финансов время. Паша респект тебе!))
Ещё были:
Димка Коробков — клавишные, виолончель. Где сейчас не знаю.
Лёха Айги — бас-гитара, скрипка. Сейчас по прежнему музыцирует, по-моему проект называется 33 и 1/3.
Ну и конечно ПОЛ. Павел Хижняк.
Загрузка ...
![[info]](http://p-stat.livejournal.com/img/userinfo.gif){kind=small}
zaveduyushiy wrote:
